OneTrueBerry
варенье на завтра
Букет тунцов для Тунца
Автор: Коробка со специями
Бета: daana
Персонажи: S27
Жанр: романс, стеб
Рейтинг: PG-13
Размер: 780 слов
Дикслеймер: это все не наше
От автора: спасибо лету
Саммари: "Если верить Ямамото, по утрам Цунаеси занимался делами в своем кабинете. Наверное, там очень мило, подумал Сквало. Слово «мило» было единственным, приходившим ему на ум, когда он думал о Цунаеси, о Цуне. Все остальные слова тонули в сладком любовном дурмане."

Сквало приехал в Японию душной бархатной ночью. На причале его встречал Ямамото; он был, конечно, удивлен, но виду не показывал. А может, и показывал – если честно, в данный момент Сквало было плевать на его удивление. Он не знал, с чего начать.
– Здравствуй, Сквало! – обрадовался Ямамото. – Я так рад, что ты вытащил меня из дома в эту дождливую холодную ночь!
Сквало непонимающе пошевелил бровями.
– Ха-ха, – закатив глаза, подсказал Ямамото.
– А, – ответил Сквало, слезая с акулы на мостки причала. – Слушай, засранец, у меня к тебе очень важный разговор, давай отойдем.
А потом подумал и добавил:
– Только я не знаю, с чего начать.
– Занзас, – вздохнул Ямамото.
– Чертов босс, – согласился Сквало. – Нет, не угадал.
– Где-то в горах Непала есть непобедимый старец-мечник, – осторожно предположил Ямамото. Он знал: слово «непобедимый» Сквало признает только в применении к одному-единственному мечнику.
– Наверняка есть. В смысле, в жопу старца.
– Что-то с Варией? – встревожился Ямамото.
– Плевать на Варию, – отмахнулся Сквало. Глаза Ямамото, и без того большие, стали размером с блюдца.
– Ты заболел, – выдохнул он.
Сквало прислушался к себе.
– Да, пожалуй… Пожалуй, заболел. Это любовный недуг. Рассказывай быстро, засранец, что нравится Саваде Цунаёси!
Ямамото выронил зонтик и согнулся пополам.

Если верить Ямамото, по утрам Цунаёси занимался делами в своем кабинете. Наверное, там очень мило, подумал Сквало. Слово «мило» было единственным, приходившим ему на ум, когда он думал о Цунаёси, о Цуне. Все остальные слова тонули в сладком любовном дурмане.
Цуна любит остроумных, жизнерадостных собеседников, напомнил себе Сквало. Еще вчера он не был уверен в том, что его чувство юмора, черное и странное, как работа профессионального убийцы, придется по вкусу этому светлому и хрупкому существу, но Ямамото убедил его, что волноваться не о чем. Цуна будет рад. Возможно, даже очень рад. Главное – напор и находчивость.
Сквало решительно распахнул дверь ногой – руки у него были заняты – дружелюбно улыбнулся и воскликнул, протягивая связку извивающихся рыб:
– Букет тунцов для Тунца!
Цуна уронил бумаги и икнул.

Утро было дождливое и холодное; к тому же, какие-то уроды посреди ночи топали и орали под окнами. Цуна даже думал спуститься и попугать их Пламенем, но мокнуть не хотелось. Так вот он и проснулся, разбитый и раздраженный. Но теперь…
С рыб капала морская вода. Сквало скалился, как пьяный в стельку вампир. Волосы у него слиплись от воды. Лужа на ковре все растекалась и растекалась. И так же, как лужа, растекалось Цунино сердце. Сквало был таким… ужасным!
То есть, он был по-настоящему ужасным, волнующим и неукротимым. Совсем как те воины, герцоги и варвары-шотландцы из сказок, которые в детстве читала Цуне мама. Цуна пропал. Прекрасный варвар тяжело вздохнул и спросил:
– Недостаточно жизнерадостно и остроумно, да?
– Ужасно, – ответил Цуна, чувствуя, как в животе порхают невесомые бабочки, задевая ажурными крыльями сердце.

Найду засранца Ямамото – порублю на кусочки, мрачно думал Сквало, не зная, куда деваться от расстройства. Цуна, милый Цуна сидел с таким лицом, будто у него болел живот. А потом заерзал, по-видимому, слишком вежливый, чтобы прогнать навязчивого поклонника, и спросил:
– Сквало-сан, хотите выпить? Чай, кофе… что-нибудь покрепче?
Сквало уже было море по колено, и на этот раз – вовсе не потому, что он ехал на акуле, а от безысходности. Никогда еще ситуация не была такой бесповоротно дерьмовой.
– Покрепче, – буркнул он и спрятал рыбу за спину.
Цуна слабо улыбнулся и сказал в телефонную трубку:
– Срочно ко мне в кабинет аквариум с морской водой, виски… – он внимательно посмотрел на Сквало и добавил: – И хрустальные стаканы. Я знаю, что утро. Да, у меня гости. Нет, это не похмельная русалка. Нет, никаких дел на сегодня. И вообще. У меня вечер. Гхм… эээ… Гокудера. Вот еще что…
Цуна снова посмотрел на Сквало, который в этот момент как раз мысленно дошел до кормления акулы нарезкой из чертова юмориста. Лицо у Цуны было смущенное, а щеки пылали.
Стаканы, обреченно думал Сквало. Хрустальные. Которые так хорошо разбиваются об голову. Он даже не хочет пачкать руки.
– Мне нужно, – лепетал Цуна таким голосом, что его хотелось завалить на стол, сорвать одежду и покрыть поцелуями каждый сантиметр тела, а потом – будь что будет.
– ...нужно кое-что. Что значит точнее?! Кое-что. Ну, маленькое такое, в фольге. Нет, не шоколадка!
Наверное, с самого начала это было плохой идеей.
– Презервативы, ты, тупой кретин! – заорал ярко-красный Цуна, вскакивая, и тут же зажал себе рот, но было уже поздно.
– О, – потрясенно сказал Сквало.
Цуна положил трубку и начал медленно сползать под стол, бормоча что-то невнятное.
– Каждый сантиметр тела, – задумчиво прикинул Сквало.
– Ужасный варвар-шотландец, – Цуна настороженно высунулся из-под крышки стола.
– Итальянец, – поправил Сквало.
– Да хоть эскимос, – сообщил Цуна, избавляясь от пиджака.
– Это так мило, – Сквало усадил его на крышку стола – Цуна был таким легким, и так очаровательно неуклюже запутался в многочисленных застежках варийской формы.
– Обними меня, – вздохнул Цуна. – Нет, другой рукой. Нет, я не порежусь.
Дверь скрипнула.
Аквариум с морской водой на двадцать пять литров вывалился из рук потрясенного Гокудеры.


Покер
Автор: daana
Бета: Коробка со специями
Персонажи: Хибари, Занзас, Каваллоне
Жанр: виньетка (джен)
Рейтинг: G
Размер: 888 слов
Дисклеймер: не правообладаем
От автора: не то, чтобы здесь был X18, но и D18 здесь тоже нет, я настаиваю!
Саммари: не все же драться, надо и развлечься

Ницца шумела, бликовала, лезла в глаза и уши - огнями, вывесками, музыкой, смехом и разговорами.
- Сделаем перерыв, - сказал вчера Каваллоне, - не все же драться. Развлекаться тоже стоит поучиться, а, Кёя?
Кёя тогда пожал плечами - и Каваллоне воспринял это как согласие. Всегда так воспринимал.

Перед ними распахнулись высокие двери, Каваллоне рассказывал про старейшее казино в Ницце, про долгую историю, у тебя при себе документы, Кёя?.. могут спросить, ты не думай, будто по тебе не похоже, что тебе уже есть восемнадцать, но правила...
Не спросили: Кёя просто прошел мимо охраны, глядя на них без интереса и внимания, как на мебель. Раньше срабатывало, сейчас тоже сработало.

Зеленые столы, мягкий свет, шорох фишек. Разговоры негромкие, не раздражают, как раздражал уличный шум.
- С чего начнем? - Каваллоне догнал его, пошел рядом. - Рулетка, игровые автоматы...
- Мороженое, карусели и баиньки, - от звука низкого насмешливого голоса раздражение чуть не вспыхнуло Пламенем. - Как насчет покера?
Каваллоне растерялся, это было заметно; Занзас усмехался, разглядывая их обоих. Хотелось его убить или хотя бы избить, превратить усмешку в кровавое месиво с белыми осколками зубов - хотелось так остро и сильно, как давно уже не хотелось убить Каваллоне. Это было даже приятно.
- Покер, - сказал Кёя. Перестал сжимать оружейную коробочку с тонфами, вынул руку из кармана. - Где?
- Без штанов уйдешь, - оскалился Занзас и развернулся, двинулся вглубь казино. - Пошли.
- Кёя, - сказало за плечом бестолковое травоядное, - если ты не умеешь, лучше не надо.

Сперва они играли втроем: Занзас то поднимал на ерунде, то пасовал посреди торга, ухмылялся, пил виски, фишки двигал к банку небрежным движением пальцев, в карты почти не смотрел. Каваллоне поначалу нервничал и делал глупости, потом успокоился, начал играть внимательно и расчетливо. Стало понятно, что с Занзасом они играют не впервые: "как обычно", - хмыкнул Занзас, когда Каваллоне взял банк на каре. Мог бы взять и больше, - подумал Кёя, сбрасывая пустую руку, - если бы не был так внимателен и сосредоточен. Если бы откидывался в кресле, смотрел, скучая, в потолок, звякал льдом в стакане.
А потом Занзас начал выигрывать; никакая сосредоточенность не помогла - Каваллоне остался без своих фишек за несколько кругов, просто потому, что смотрел в карты - вместо того, чтобы смотреть на Занзаса. Развел руками, виновато улыбнулся:
- Заканчиваем?
- С чего это, - лениво возразил Занзас, махнул болтавшемуся поодаль официанту, чтобы принесли еще виски. - Твой мальчик еще при деньгах.
Пламя вскипело, но все же не вырвалось на свободу: убить хотелось до звона в ушах, но выиграть - еще сильнее.
- Если я выиграю, - Кёя улыбнулся и сам почувствовал, что улыбается почти так же, как Занзас, яростно и весело, - я тебя убью.
- Попробуешь, - Занзас отразил его улыбку. - Но выиграю я. И тогда...
Он скалился, издеваясь, тянул время.
Кёя зевнул.
Сработало.
- Отсосешь, - бросил Занзас. Отставил стакан, кивнул дилеру.
- Занзас! - Каваллоне чуть с места не вскочил, и он был серьезно зол. Кёе даже смешно стало.
- По рукам, - он зевнул снова.

Карты зашелестели, фишки столкнулись и раскатились, время потекло мимо. Стрит против тройки, пусто, пусто, младшая пара, почти полный флэш на столе; кривые столбики фишек двигались туда-сюда; Кёя смотрел на Занзаса, а не на карты.
Занзас блефовал отменно. Прикрывал глаза, едва не засыпал во время торга, несколько раз рассеянно говорил с Каваллоне о делах - с бледным, напряженным Каваллоне, у которого, кажется, даже капелька пота на виске блестела, было бы из-за чего волноваться.
То и дело Занзас заговаривал и с Кёей.
- Если сосешь ты так же, как играешь, - говорил он, когда Кёя глупо блефовал с пустой рукой (очень глупо, даже Каваллоне мог бы сыграть умнее), - то я возьму деньгами.
Кёя стискивал зубы, усмехался.
- Интересно будет посмотреть, - говорил он в свою очередь, когда Занзас, считавший, что его руку не перекрыть, задирал ставку, - на что ты способен без своих обезьян, - и открывался, уже зная, что берет банк.

В глазах мелькало красное, черное, зеленое, злость почти выкипела, превратилась в холодную уверенность; Кёя отдал игру, потом еще одну, две, три - и Занзас расслабился, заскучал по-настоящему, это было заметно. Это было удачно. Их банки сравнялись; на очередном круге Кёя поднял ставку, потом еще раз, и еще - на столе лежал почти полный стрит, без одной карты. Занзасу было скучно, как может быть скучно только человеку, точно знающему, что он выигрывает.
- Ва-банк, - сказал Кёя, не глядя в карты.
- Отвечаю, - Занзас ухмыльнулся, махнул рукой над фишками. - Готовься расплачиваться.
Кёя кинул на стол одну из своих карт, Занзас перевернул обе свои. Каваллоне вылил на себя часть виски из тяжелого стакана.
Две одинаковых карты, два стрита.

- По старшей карте, - механически проговорил дилер.
Занзас усмехнулся, кивнул на свои карты, вторая была тузом червей.
Каваллоне втянул воздух сквозь зубы - будто обжегся. Или получил тонфой под дых.
Кёя улыбнулся и положил на стол туз пик.
- Завтра я тебя убью, - сказал он, вставая. - Выбирай место и время. Я позвоню.

- Почему ты не сказал, что умеешь играть в покер?! - возмущался Каваллоне уже в машине.
- Ты не спрашивал, - Кёя откинул голову на подголовник, прикрыл глаза.
- Но такая ставка, - Каваллоне передернул плечами, поморщился.
- Я знал, что выиграю, - Кёя смотрел сквозь ресницы, как мимо проносятся огни. Хотелось спать. - Никакого риска.
- Почему? - все-таки некоторых вещей травоядное понять не могло.
Кёя вздохнул.
- Я хочу его убить, - терпеливо пояснил он. - Больше, чем он хочет, чтобы я ему отсосал. Мне было важнее.
- А, - сказал Каваллоне после паузы. - Я понял. Слушай... Давай как-нибудь сыграем разок, а?


Подружки
Автор: daana
Бета: Коробка со специями
Персонажи: Дино, Сквало, ОМП
Жанр: виньетка (джен)
Рейтинг: G
Размер: 840 слов
Дикслеймер: тоже не наше
От автора: осторожно, фем-персонажи! И нет, тут нет ни D18, ни XS.
Саммари: девочки любят кофе и посплетничать.

Работать в кофейне на пьяцца ди Парадизо в старом городе - одно удовольствие, Нико работает там уже неделю и нарадоваться не может. Носит посетителям их капуччино, эспрессо и макиато, свежие круассаны, шоколадный мусс - что закажут; слушает обрывки разговоров, куда же денешься, если все слышно - индексы падают, купил две компании в Тоскане, Моника хочет новый дом к рождению ребенка, - вот такие здесь посетители, совсем иная жизнь. Иногда Нико слышит и другое: мне нужна сотня человек с оружием, - слышит он и побыстрее отходит; или - с этой новой семьей связываться - себе дороже; дело житейское, такие посетители здесь тоже бывают, думает Нико и идет сменить пепельницу на крайнем столике. Зато какие машины паркуются перед кофейней, какие часы у посетителей, какие украшения у дам - есть, на что посмотреть.

Когда красная феррари останавливается возле тротуара, Нико сразу понимает: это к ним, кто-то приехал за своей чашечкой кофе. Приехали две блондинки, такие красотки, что Нико не может не спросить себя, сколько они стоят - и интересно, вместе или по отдельности. Нико в свои восемнадцать циничен, как был бы циничен кто угодно на его месте, и как любой его сверстник, думает, что знает о жизни всё или почти всё.
Блондинки выходят из машины - с пассажирского сиденья платиновая, с длинными волосами, в джинсах и кожаной куртке, ей бы с харлея слезать, а не из феррари выходить. С водительского поднимается золотистая, вся-вся золотистая, с ног до головы, с гладких загорелых коленок под белым платьем до пшеничной копны волос, искрящейся на солнце. Ого, - думает Нико, а потом хозяйка машины разворачивается, спотыкается на ровном месте, хватается за дверцу - платиновая ей что-то говорит насмешливо, золотистая улыбается, а Нико видит на ее руке татуировку - от запястья до шеи - и думает, что ей бы тоже больше подошел мотоцикл.
Нико везучий, вот и сейчас ему везет - красотки садятся не за столик Мариэтты, не за столик Иво, а за один из его, Нико, столиков. Долго ждать им не придется: Нико уже несет меню, несет воду, в прозрачном кувшинчике звякает лед, стаканы стоят не вплотную, чтобы не звенели лишний раз.
- И что он? - спрашивает золотистая свою подружку, пока Нико расставляет на столике все принесенное и, подчиняясь резкому жесту платиновой, убирает пепельницу: дамы не курят.
- Не твое дело, - огрызается платиновая и хмурится. Она вся резкая, как будто сделана из одних углов и прямых линий, Нико даже удивляется - кто же на такую позарится. Еще и поругалась, судя по разговору, со своим "папочкой", Нико почти уверен, что угадал правильно.
- Это всех касается, - говорит золотистая, тянется за стаканом с водой, сбивает со столика меню. Смешная, - думает Нико, такая красивая и такая неуклюжая.
- Мне двойной эспрессо, - отрывисто бросает платиновая, Нико не сразу понимает, что ему. - Не морочь мне голову, Каваллоне, и не лезь в наши дела, - а вот это уже не ему.
- Капуччино, - улыбается золотистая, смотрит на Нико с симпатией, но Нико чувствует: она ждет, пока он отойдет. Хочет посекретничать без лишних ушей, - думает он, пока идет за стойку передать заказ; хочет убедить строптивую подружку помириться со своим благодетелем. А что еще тут может быть, все же понятно.

Потом Нико приносит им кофе, убирает со столика смятые салфетки, слышит обрывки разговоров: нужны хорошие кольца, - говорит золотистая, - по-настоящему хорошие, ты же понимаешь; ты знаешь, где заказать, если что - отвечает платиновая, и Нико насмешливо щурится сам с собой, красотки, похоже, готовы кого-то охомутать, вот им повезло; потом он видит, как золотистая говорит тихо-тихо, наклонившись через столик (платиновая в последний момент ловит ее кофейную чашку, Нико облегченно выдыхает - не так жалко чашку, как белое платье блондинки с татуировкой), платиновая морщится, кивает, достает из кармана телефон. Нико отходит к другому столику, принимает еще один заказ - а потом вдруг кто-то - Нико даже не сразу понимает, что это платиновая - кричит на всю кофейню: "да пошел ты нахер!" - и бросает телефон в стену. Нико вздрагивает, посетители оборачиваются, золотистая смеется, качает головой, говорит - Нико слышит, потому что уже бежит наводить порядок, подбирать обломки легкого пластика - "ты не меняешься, Сквало".
Вот характер же, - думает Нико, ползая под столиками, - разве так можно с мужчинами?.. Еще он думает, что красотки, наверное, школьные подружки, раз называют друг друга по фамилии; еще он думает, что телефон не восстановить, и интересно, часто ли блондинка так ссорится со своим "папочкой" - а когда выпрямляется, видит, что они оставили на столике деньги, таких чаевых Нико получать еще не доводилось, и ушли, уже на улице и садятся в машину. Нико выбирает из кучи обломков сим-карту, бежит следом, чтобы отдать платиновой, успевает только потому, что у золотистой каблук застрял в брусчатке, и опять слышит кусок разговора.
- Значит, я решаю сама, - сухо говорит платиновая. - То новое оружие, нам оно тоже нужно.
- Сколько? - так же деловито откликается золотистая, освобождает каблук, садится в машину.
- А то ты не знаешь, - усмехается платиновая, садится рядом. - Поехали, сейчас его и проверим. Все, что надо, у меня при себе.
Нико стоит на пороге кофейни, сжимая в кулаке забытую симку, и думает, что может быть, он все-таки знает о жизни не всё.

@темы: daana, Коробка со специями, джен, другие